Версия для слабовидящих
02 Июня 2010 | Источник:

«Шорты» для бабушек

Как повысить привлекательность российского фондового рынка.

Сегодня финансовый рынок стал не просто фондовой площадкой, на которой происходят разного рода спекуляции. Финансовый рынок стал драйвером роста для многих отраслей. Причем, эта тенденция присуща всей мировой экономике и российской экономике, в том числе.
Потому президент дал курс на развитие российского финансового рынка. Это — комплексная задача. Сюда входит совершенствование законодательной базы, улучшение механизмов регулирования, повышение прозрачности инструментов и процедур на рынке, создание пресловутого международного финансового центра, а также привлечение внешних и внутренних инвесторов. В этой связи все эксперты и игроки рынка сходятся в том, что необходимо повышать финансовую грамотность населения. Ведь именно это обеспечит рынку качественного российского инвестора.

С другой стороны, если разъяснить всем, как работает рынок, если его функционирование будет простым и прозрачным, то на нем просто станет невозможно зарабатывать. И если даже деревенские бабушки пойдут на биржу за фьючерсами на нефть, то отечественный рынок может пережить subprime кризис не хуже американского.

Багаж финансовых знаний

У россиян достаточно много денег, просто несут они их пока только на счета в банки. Таким вот образом в кредитных организациях в 2009 году накопилось 7,464 млрд. рублей россиян. При этом объем банковских вкладов населения РФ вырос в апреле 2010 года более чем на 3% и составил свыше 8 трлн. рублей. Об этом сообщал глава департамента лицензирования деятельности и финансового оздоровления кредитных организаций Центробанка Михаил Сухов. По его словам, объем вкладов по итогам года вполне может вырасти до 8,5 трлн. рублей. Агентство по страхованию вкладов (АСВ) в своем прогнозе еще оптимистичнее ЦБ, оно ожидает роста в 2010 году на 1,5—1,7 трлн. рублей или на 22—23%.

Причин тому несколько. С одной стороны, объективно депозиты сейчас — максимально надежный способ вложений, благодаря системе страхования вкладов. С другой стороны, такой скудный набор инструментов для частных инвестиций может быть обусловлен низкой финансовой грамотностью граждан. В целом, стратегия многих компаний не отличается от стратегии физлиц. «Они сокращают в портфелях долю фондового рынка, идут в депозиты», — говорит Сергей Харламов, заместитель руководителя Федеральной службы по финансовым рынкам (ФСФР).

По словам Евгения Когана, старшего партнера компании «Третий Рим», «финансовый сектор, по своей сути во многом виртуальный, становится сегодня драйвером экономического роста». «Однако чем более развитым является финансовый рынок, тем на нем неинтереснее работать, — сказал Константин Корищенко, президент ММВБ. — Основные деньги кроются там, где не так все развито. Сегодня финансовый сектор России пытается найти, чем можно торговать и при этом получить маржу. Как только этим инструментом начинают торговать все, маржа уменьшается, интерес пропадает».

Корищенко привел в пример бабушку из американской глубинки, которая позвонила его бизнес-партнеру со словами о том, что «надо брать фьючерсы на нефть». По его словам, когда населения уже является настолько «грамотным» в области финансового рынка — это не очень хорошо. Именно такие «грамотные» бабушки и могут привести к падениям рынка и не только — локальным. «Надо исходить из того принципа, что мелкий инвестор всегда не прав», — сказал руководитель ММВБ. «Развитие финансовой инфраструктуры — это социальная задача, — уверен он. — Однако это имеет мало отношения к зарабатыванию денег».

В период кредитного бума финансовая неграмотность, кроме всего прочего, привела к трагическим последствиям в сегменте кредитования. Люди брали кредиты на автомобили, новые мобильные телефоны, новую мебель и бытовую технику и, конечно, на улучшение жилищных условий. Как правило, одним кредитом дело не обходилось. В итоге получилась ситуация, когда из-за элементарного неумения посчитать соотношение доходов и расходов люди оказывались в долговой яме и вынуждены были продавать заложенное имущество.

То есть, в данном случае, финансовая грамотность — это не умение отличать обыкновенную акцию от привилегированной или разбираться в разновидностях фьючерсов. «Финансовая грамотность, главным образом, — это умение планировать свои финансовые горизонты», — пояснил Ростислав Кокорев, заместитель директора департамента корпоративного управления Минэкономразвития.

В этих целях хорошую службу может сыграть, уверен он, принятия закона о банкротстве физических лиц. «Идея банкротства гражданина еще и предполагает идею реструктуризации банкротства гражданина, — рассказывает Кокорев. — Если законопроект примут, будут достаточно ровно выстроены взаимоотношения между кредитором и должником».

Однако с законопроектом есть проблема. Главное, чтоб возможность обанкротиться не привела к злоупотреблениям со стороны граждан. «Есть опасения со стороны финансовых институтов, что граждане, набравшие кредитов, будут с помощью этого закона уходить от ответственности, — говорит представитель Минэкономразвития. — Еще один вопрос, какие суды будут принимать решения по таким банкротствам». При этом, по мнению Кокорева, если закон будет принят, обязательно надо подробно рассказывать о нем всем и везде. Это как раз и будет багажом финансовых знаний для граждан.

А вот что точно не относится к финансовой грамотности — так это умение лавировать в спекуляциях на фондовом рынке. «Статистика по европейским компаниям показывает, что доля нематериальных активов за последние двадцать лет выросла, — рассказывает Корищенко. — Нематериальные активы, при этом, используются, чтобы получать кредиты. Для этого они должны быть оценены. Если оценка не рынком, то она субъективная». Поэтому, по мнению главы ММВБ, все проблемы в Греции и других странах Европы были вызваны спекуляциями и излишней гибкостью прессы.

Советы могут прописать в законе

Идея консультантов, которые бы поспособствовали развитию финансовой грамотности в российском обществе, существует давно. По замыслу такие «советчики» могли бы пояснять россиянам — и гражданам, и организациям — куда лучше инвестировать средства и почему.

Правда, идея эта со временем заметно трансформировалась. Изначально предполагалось создать финансовых консультантов, которые бы попросту навязывали свои услуги эмитентам. В 2002 году вместо ФСФР роль регулятора выполняла Федеральная комиссия по рынку ценных бумаг (ФКЦБ). Она тогда внесла поправки в закон «О рынке ценных бумаг», как раз и вводящие институт финансовых консультантов.

Согласно тому законопроекту, финансовый консультант, играющий роль андеррайтера, должен был заверять все проспекты эмиссий эмитентов. То есть выполнять функции как бы нотариуса на фондовом рынке. Инвестиционные компании для получения статуса финансового консультанта должна была обзавестись как минимум двумя такими специалистами. Чтобы подготовить их, компании пришлось бы потратить порядка $50-100 тыс. ФКЦБ предлагала внести по $10 тыс. участникам рынка, чтобы войти в консорциум, который будет готовить стандарты работы финансовых консультантов. Конечно же, позже от идеи этой отказались по причине слишком многих недостатков. Однако сейчас тема финансовых советников вновь стала актуальной. Пришедшая на смену ФКЦБ ФСФР разработала очередные поправки в закон «О рынке ценных бумаг», в том числе в части регулирования деятельности финансовых консультантов, которых, правда, теперь прозвали «инвестиционными».

Еще в 2009 году Владимир Миловидов, глава ФСФР заявлял, что у компаний, оказывающих услуги финансовых советников должны быть в обязательном порядке лицензии, а занимающиеся этим физические лица обязаны обзавестись аттестатами. Причем первые могут и оказывать консультации, и продавать продукты, а вторые — только предоставлять консультационные услуги. Аттестацию, по замыслу ФСФР, должны проводить специальные аккредитованные центры, к которым относятся, в частности, Национальная ассоциация участников фондового рынка (НАУФОР) или Финансовая академия при правительстве РФ. Законопроект впервые объявил возможность допуска на рынок в роли консультантов-предпринимателей физических лиц. В профессиональной среде до сих пор активно ведется его широкое обсуждение, несмотря на то, что представители министерств во многих моментах не одобряют этот документ.

С одной стороны, введение института инвестиционного консультанта было предложено в рамках концепции создания международного финансового центра (МФЦ), как одна из мер, способная привести к росту количества внутренних инвесторов и к улучшению их «качества» путем финансового образования. С другой стороны, отношение к этой идее участников рынка и регуляторов очень разное — как раз таки с точки зрения регулирования деятельности подобных специалистов. Причем, что удивительно, в этом случае государство, в лице представителей Минфина и Минэкономразвития, занимает более либеральную позицию, чем непосредственно игроки рынка.

По словам Анатолия Гавриленко, члена Общественного совета участников финансового рынка при ФСФР, раньше идея финансовых консультантов не казалось ему такой привлекательной, как сейчас. «Раньше планировалось около пяти аккредитованных организаций для этих целей, которые бы снимали с рынка все сливки, — рассказывает он. — Но сейчас все иначе. Если мы закрываем неэффективные региональные компании, то должны были бы получить взамен финансовых консультантов. По законодательству собственные средства компании, имеющей брокерскую лицензию и оказывающей услуги финансового консультанта, должны составлять не менее 35 млн. рублей, следовательно, многие региональные компании не потянут таких сумм».

При этом Гавриленко надеется, что государство не только поможет работать советником в целях повышения финансовой грамотности, но и будет регулировать этот сегмент надлежащим образом. Ведь то, что деятельность консультантов попросту отдана на откуп самим себе, создает дополнительные риски для частных инвесторов — граждан и организаций, которые обращаются за советом к таким специалистам. «Мы будем создавать по всей России небольшие общества с ограниченной ответственностью (ООО), которые займутся финансовым консалтингом. Мы надеемся, что государство создаст нам для этого условия, — сказал Анатолий Гавриленко. — Эти консультирующие фирмы могут объединиться в саморегулируемую организацию (СРО). Но мы также считаем, что необходимо лицензирование финансовых консультантов».

Практически все участники рынка уверены, что финансовые или инвестиционные консультанты должны работать под надзором соответствующего регулятора. Предлагается не только лицензирование деятельности консультантов, но и сертифицирование. «Оно будет полезно, но не сточки зрения оценки работы, а с точки зрения того, что сертификаты по типу CFA создадут некий интеллектуальный барьер, — рассказывает Сергей Моисеев, директор Центра экономических исследований МФПУ «Синергия». — То есть если у человека есть такой сертификат, то понятно, что он обладает неким интеллектуальным багажом, чтобы давать советы другим».

Отметим, что сертификаты CFA — один из наиболее авторитетных и значимых международных сертификатов для финансовых аналитиков. Получение такого сертификата демонстрирует наличие знаний и навыков, необходимых в работе на фондовых рынках, в банковском деле, в сфере корпоративных финансов, управления фондами, страхования, консультирования по вложению средств.

Урегулировать нерегулируемое

У государства на этот счет своя точка зрения. По мнению Ростислава Кокорева, регулировать деятельность финансовых или инвестиционных консультантов вряд ли возможно. «Если есть потребность послушать советы умных людей, что покупать, куда вкладывать — пусть эта ниша развивается. ФСФР здесь предлагала лицензирование, Минэкономразвития сказало, что хватит саморегулирования. Минфин же сказал, ничего там регулировать не надо. Пусть сами себя регулируют, что про них писать в законе, — рассказывает Кокорев. — Вот вы пугаете нас, что появятся нерегулируемые инвестиционные консультанты. Но давайте вспомним. Изначально планировалось, что финансовые консультанты будут оказывать услугу эмитенту, причем, навязанную».

Даже когда эмитент говорил, что не надо, все равно эту услугу продолжали навязывать, сообщил Ростислав Кокорев. И это было бы прописано в законодательстве. При этом планировалось, что будет функционировать малое количество организаций с аттестатами. «Мы и Минфин были против такой реализации идеи. Потом появились инвестиционные консультанты — ниша для бывших региональных компаний. Услуга общения с инвестором — не навязанная, — объяснил чиновник. — Если это чистый консультант, но не брокер, тогда у него даже нет функции — что-то купить. Голое консультирование — это всего лишь ценный совет, куда вложить деньги».

Вообще, по словам представителя Минэкономразвития, еще есть сомнения, насколько эта услуга популярна как платная. А уж тем более есть сомнения, что подобным консультантам надо выдавать какие-то лицензии или сертификаты. «Вы говорите, что не надо, — возразил Гавриленко. — А зря. Ни одна крупная финансовая компания не дойдет никогда до некоторых регионов. То есть, конечно, вакуум заполнится со временем, но неправильным и нерегулируемым образом. Потом ведь будете сами говорить, ах, они обманывают народ! И это так и будет в некоторых случаях».

По словам Романа Горюнова, председатель правления РТС, сейчас у всех брокеров есть два тарифных плана. Первый — просто выставлять заявки, второй — что-то покупать по рекомендациям брокеров. «Если мы говорим про риски частных инвесторов, риски которые приносят нам подобные инвестиционные консультанты выше рисков, которые несут брокеры сейчас. Брокеры — это набор серверов, которые помогают людям получить доступ на биржу. Технологический комплекс, который позволяет осуществлять операции. Инвестиционные консультанты же привносят в процесс существенные риски». «По сути, они говорят „вот сегодня надо покупать Газпром“, а почему, с чего они это взяли — непонятно», — подытожил глава РТС.

С ним согласен и Евгений Коган. «Во многих странах это правильно и красиво решено, — рассказывает он. — Инвестиционный консультант — это ООО или физическое лицо. Причем, государству проще подготовить таких специалистов, и важно, чтобы они были и в банках, и в инвестиционных и управляющих компаниях, и в других финансовых институтах. Консультанты не имеют права сказать „купи, купи сегодня и т.д.“, они имеют право только разъяснять текущие тенденции. Во всем мире эта работа жестко и конкретно зарегулирована».
По словам Александра Идрисова, управляющего партнера Strategy Partners, сейчас нужно приблизить наш рынок, инструменты и механизмы регулирования к международному уровню. «Инвестиционные консультанты должны стать СРО, но государство должно сделать так, чтобы они не превратились в кормушку для проходимцев», — уверен он. И все же, несмотря на возражения и инициативы участников рынка, Ростислав Кокорев уверен, что «никакое регулирование не поможет решить эту проблему». Об этом он заявил, имея в виду возможность появлении мошенников под маской консультантов и советников.

Университет Синергия
Университет Университет Синергия
г. Москва, просп. Ленинградский, д. 80 корп.Е, Ж, Г
Общая:
Приёмная комиссия ежедневно с 11:00 до 19:00
Наверх
×
Подать заявку
на консультацию